0

Интервью с группой Plan GoBla

Денис Благушин и Борис Голик дали порталу «Питерзавтра» большое интервью. О творчестве, самокритике, волшебных пластинках и многом другом.

Plan Gobla интервью с Денисом Благушиным и Борисом Голиком

Piterzavtra: Боря, о Денисе мы уже немного знаем, расскажи о себе.

Голик: При подготовке к интервью у меня сначала биография получилась в 500 томах, я решил, что это многовато, вычеркнул ненужное, осталось две страницы. Решил, что и столько в наше время никто не прочитает, ужал до одной фразы: «Жил-был человек».

Piterzavtra: А если чуть более развернуто?

Голик: Если более развернуто, то родился я в Сибири, в городе Ангарск, год тогда стоял 1982. С самого детства была страсть к музыке, потому что музыка — волшебная вещь. Какие опорные пункты в биографиях бывают?

Благушин: Младенчество, детство, юность, зрелость, старость, смерть (улыбается).

Голик: Можно и до последнего пункта сегодня договорить, но хотелось бы более сжато.

Piterzavtra: Мы же делаем интервью о группе. Поэтому, хотелось бы знать подробнее о моментах, связанных с музыкой.

Plan Gobla интервью с Денисом Благушиным и Борисом Голиком

ВЕЛИКОЕ ОТКРЫТИЕ

Благушин: Расскажи, как ты кассеты переворачивал. Я думал, что Боря открыл этот талант при мне, а оказалось, что с детства вертел кассеты. Это моя любимая история.

Голик: В детских журналах можно было найти вкладыш — гибкую пластинку, на которой были записаны 1–2 песни или сказка. Помню, как я такую штуку начал крутить в обратную сторону, и то, что я услышал, было как удар по голове, будто я заглянул в другой мир. И я, пока никто не видит, пластиночки эти стал крутить в обратную сторону и слушать, а что же там происходит.

Потом появились кассеты, я и их тоже стал разбирать, крутить. Помню, первая кассета была «Сектор газа». (Кстати, есть что-то общее между названиями «Сектор газа» и «План ГоБла» — и то, и то политические термины.) Я долго думал, как же пленку перевернуть так, чтобы она заиграла в другую сторону. Получилось. Нас с другом (нам было лет по 10) тогда дико веселило это прослушивание, это было что-то фантастическое. Я усвоил этот язык досконально. Усвоил да и забыл на несколько лет.

СИЛА МУЗЫКИ

Голик: В школе интереса к происходящему у меня было немного. Я всегда старался занять фантазию другими вещами во время уроков, поэтому эти 10 лет прошли да и прошли. Многие сверстники собрались поступать в самый престижный вуз в Ангарске. Я понимал, что мне в список лучших и близко не попасть и не хочется в принципе, но все мои друзья благоговели перед этим институтом: кто-то попал, кто-то — нет.

Спустя пару лет, когда я уже занимался музыкой (работал во всяких ресторанах), вдруг поступил заказ приехать в этот самый институт на праздник, где гуляли все преподаватели, деканат. Я часто видел ужас на лицах своих друзей, когда они рассказывали истории про какого-нибудь злого декана. И тут я попадаю к этим людям на праздник как музыкант. И вот мы уже сидим за одним столом, и я понимаю, что не такие уж они и злые. Мне даже предложили пойти к ним учиться. В тот момент я понял силу, которой обладаю, силу музыки. Мы расстались с этими людьми милейшим образом, учиться я туда, естественно, так и не пошел. Потом рассказал эту историю друзьям, они мне не поверили, но это было не важно. Главное, что я испытал на себе силу музыки. Потом таких моментов было много.

Plan Gobla интервью с Денисом Благушиным и Борисом Голиком

МОСКВА И ЗНАКОМСТВО

Голик: Потом я поехал в Москву поступать в музыкальное училище. Это было решено случайно. Мой товарищ учился в Гнесинке. Он тогда был местной легендой в Ангарске: человек, который уехал учиться в Москву, а иногда возвращается, дает концерты. Я всегда старался держаться рядом с такими людьми, рядом с которыми можно расти самому. И он однажды между делом предложил: «Приезжай в Москву, поступай к нам!»

И я в 2002 году приехал сюда, он меня какими-то левыми путями определил жить в гнесинскую общагу. Я там жил несколько недель, не поступил, «не берут!» Но я круто провел время, познакомился с Москвой, понял, что это сумасшедший город, в котором невозможно жить. С такими мыслями я уехал обратно и поступил уже там в музыкальное училище: четыре года увлеченного изучения музыки. Там я хорошо поднаторел в теоретических знаниях. И что я сделал потом?

Конечно же, приехал в Москву. Опять послушал людей. Непонятно, куда, зачем, что я здесь делаю. До сих пор не понял. И никогда не пойму. Этот вопрос можно расширять бесконечно: что я делаю в Москве, в России, на этой планете? Стал играть в каких-то каверовых группах, почти сразу мы познакомились с Денисом.

Plan Gobla интервью с Денисом Благушиным и Борисом Голиком

Piterzavtra: А как вы познакомились?

Голик: В гостях у общего друга. Потом мы встретились снова на дне рождении опять же у нашего общего товарища, хорошего музыканта.

Благушин: И тогда вот этот наш общий друг сказал Боре: «Покажи, как ты умеешь». Ему еще все слова накидывали. Я обалдел, когда все перевернулось — поздравление вышло крутое.

Голик: Я еще по-французски это сделал. Потом мы стали вместе снимать квартиру. Если живешь со мной, то невозможно не участвовать в моих сумасшедших затеях, это происходит само собой. Денис сидит с гитарой, я обязательно к нему присоединюсь, и уже через минуту мы вместе что-то наяриваем. Получалось очень интересно. Помогла привычка все фиксировать на видео: можно делать выводы, что работает, а что нет, таким образом, все начало выкристаллизовываться. Потом я вдруг говорю… Или кто сказал первый?

Благушин: Мне захотелось разучить что-то наоборот. По-моему, я спросил Борю: «А ты пробовал петь наоборот?» — «Нет, я только говорил, петь сложно». Тогда я предложил разучить что-нибудь вместе: я сыграю на гитаре, а Боря споет наоборот.

Голик: Я тогда обалдел, конечно, от твоего оптимизма. Это реализовать очень сложно.

Благушин: Но весело.

Голик: Весело-то понятно, но мозг реально перегревался. Сны снились странные, в которых тоже все наоборот. И наяву: казалось, что фонтан бьет в обратную сторону, в таком духе. Но мы все равно это победили.

Благушин: В любом деле нужна усидчивость, чтобы посевы дали плоды, со временем получается непринужденнее и интереснее. В этом плане музыка ничем не отличается от других занятий.

Голик: Да, все есть одно. Если научился чему-то одному, то другому научиться потом проще.

Plan Gobla интервью с Денисом Благушиным и Борисом Голиком

УСИДЧИВОСТЬ, ОПТИМИЗМ И САМОКРИТИКА

Piterzavtra: А что лучше: учиться многим вещам сразу или углубляться во что-то одно?

Голик: Когда углубляешься во что-то одно, становится скучно. Хотя, если ты углубляешься, ты все время открываешь что-то новое. Получается, что оба варианта хороши.

Благушин: Мне кажется, это от характера человека зависит. Человек по психотипу может быть просто не способен усидеть на одном месте. Я принадлежу как раз к такой категории. Я могу долго заниматься одним делом, только если меня что-то очень затянуло…

Голик: Как же ты гитаристом стал тогда? Игра на гитаре требует большой усидчивости.

Благушин: В каждом человеке есть потенциал. Он либо раскрывается, либо нет, если направить энергию и возможности не туда. Я слышал, в Японии детям лет до пяти разрешено все: ничего не запрещают. Наблюдают за ребенком, смотрят, где потенциал его больше всего раскрывается. Может, я перевираю как-то, но идея такая.

Если затягивает что-то, я могу долго над этим работать, но мне нравится придумывать, я не люблю рутину. В любом деле рано или поздно начинается рутина. Невозможно работать постоянно с праздничным настроением, чтобы все время было интересно. Допустим, гитара: ты придумал интересную, сложную партию, и никак не получается сыграть так, как она звучит в голове.

Голик: Но ведь с нашими песнями не было такого. Мы садились и делали. Можно что-то назвать рутиной, а можно это назвать планомерной, четкой работой, поиском.

Благушин: Когда наступает момент, когда надо одно и то же действие выполнять регулярно, мне становится немного печально, праздник куда-то уходит.

Голик: Я-то думал, ты целеустремленный, усидчивый человек, который может сфокусировать внимание на чем-то одном (улыбается).

Благушин: Мне, чтобы свою усидчивость «усидеть», нужно отвлекаться на другие дела. Чувствуешь, что рутина начинается, — упорхнул куда-нибудь, а потом возвращаешься и работаешь дальше. Тогда и тут не скучно, и там не упускаешь.

Голик: Я реалист.

Piterzavtra: А творческие люди могут быть реалистами?

Благушин: По какому критерию определяют, что какой-то человек творческий, а какой-то нет? Творческие люди — те, которые ходят в беретах? А какой вопрос-то был?.. Наверное, показатель…

Piterzavtra: Об оптимизме и пессимизме.

Благушин: Зависит от конкретного состояния в данный момент. У меня происходит частая смена настроения — я холерик, что, наверное, не очень хорошо. Я могу оптимистично смотреть на все, и какая-то ерунда, например, просыпанный кофе, выбивает из колеи, и я начинаю беситься от всего. Казалось бы, какая мелочь, чего переживать?

Piterzavtra: Вернемся немного назад, вы уже рассказали про знакомство, как дальше развивалось ваше совместное творчество?

Голик: Когда ты смотришь на мир, перекрученный в обратную сторону, ты видишь иные характеры, образы, которые в реальной жизни не встретишь. И это очень смешно. Из такого желания посмеяться мы пели песни, снимали видео. Например, «Яичница» — круто смотрится, как яйца обратно в скорлупу залетают. Рассвет, пять утра, а мы все скачем, снимаем эту «Яичницу». Ухохотались до умопомрачения. И выложили в сеть.

Внезапно всем понравилось, друзья, знакомые оценили. Мы поняли, что не только себе невероятно поднимаем настроение, но и людям. Весь ресурс, который у нас имелся на тот момент — гитара и комбик, не было даже видеокамеры. И мы все равно умудрялись создавать такие вещи, от которых у людей взрывался мозг.

Мы недолго обламывались, мы стали музыку делать вместе, потому что это у нас тоже, как выяснилось, получается интересно. У нас появилось кое-что из оборудования. Мы в домашних условиях репетировали целые концертные программы. У нас на тот момент было только две своих песни, а все остальное время мы заполняли, чем могли.

Благушин: Мы делали какие-то нон-стоп программы из каверов, переделанных на свой манер. Только мы вдвоем, гитара, голоса. Получалось довольно интересно, но опять же, это все чужое.

Plan Gobla интервью с Денисом Благушиным и Борисом Голиком

PLAN GOBLA. ДЕНЬ СЕГОДНЯШНИЙ

Piterzavtra: Потом вы несколько лет не виделись, а дальше?

Благушин: После долгой разлуки переслушали все наши творения, пересмотрели видео, гигабайты сумасшествия. И все в ужасном качестве. Я предложил записать песню. Глядя на сегодняшний музыкальный рынок, понимаешь, что произведений, представляющих культурную ценность, становится меньше и меньше. Быстрый век. Люди штампуют однодневные хиты, пытаются их побыстрее оформить и продать.

С другой стороны, мы все гонимся за тем, чтобы что-то оставить для следующих поколений. Каждый свои амбиции хочет потешить: «Я не зря прожил жизнь, меня будут вспоминать», — все такие гении. Желание перевернуть мир прекрасно, первые 26–28 лет за счет этого и живешь. Но это может закончиться печально, потому что человек, ставя столь высокие цели, в итоге не делает ничего.

Собственное чувство эстетики должно работать как фильтр, но при этом не закрывать от мира. Многие люди очень критично относятся к себе, что и мешает миру узнать, что они делают. Из-за самокритики мир, к сожалению, не узнает много талантливых людей. Они сами себя закрывают в тюрьму собственного производства, пишут в стол. Каждый, наверное, знаком с такими людьми.

Меня восхищают люди, которые подружились с собой, которые начинают что-то делать вопреки себе. Но тогда находятся другие люди, которые вставляют палки в колеса. Чтобы такого не возникало, надо оградиться от влияний извне и начать делиться с миром, хотя бы с близкими людьми, друзьями. Что-то может и пойти дальше. Не бывает, чтобы 100% работ человека знали все. У всех известных артистов есть проходные альбомчики, проходные треки в альбомчиках. Меня искренне восхищает, когда человек, несмотря на давление извне, продолжает гнуть свою линию, выбирает собственный стиль. Главное, что он что-то делает.

Plan Gobla интервью с Денисом Благушиным и Борисом Голиком

Обложка первого сингла группы Plan GoBla «Не берут на радио»

Piterzavtra: Мне кажется ваша песня «Не берут на радио» как раз об этом.

Благушин: В том числе.

Голик: Наши песни о том, что кроме какой-то ерунды, на которую так любит человек сегодняшний обращать внимание, существует еще огромное количество совершенно иных понятий. Мы, немного как фокусники, отвлекаем человека. Стараемся в своей музыке сделать все так, как не принято делать, пытаемся совместить несовместимые, казалось бы, вещи. Но на деле получается, что они прекрасно работают вместе. Кроме шуток, проверено на себе, когда слушаешь наши песни, улучшается самочувствие. Недавно я болел: простуда, голова раскалывается, трясет, и тут я включил песни, то, что у нас есть хорошо уже записанное, и понял, что стало действительно лучше. Это еще один знак того, что мы делаем то, что надо. И это уже не просто баловство, это уже что-то другое, я еще не знаю пока, что, но это что-то интересное.

Благушин: Я максимальное время уделяю проекту, собираю людей вокруг. Пока никто не написал, что это ерунда. Я вижу, что люди покупают, пишут лестные отзывы. Наверное, не зря все, я уверен, что не зря. Я могу адекватно воспринимать песню, независимо от того, кто ее придумал, спел, записал. Если получилась не очень, могу честно об этом сказать. Если бы я услышал у кого-то «Не берут на радио», я бы сказал: «Лайк». Если кто-то скажет, что песня ему не нравится (человек, безусловно, имеет право на такое мнение), мне будет интересно, просто не пошло или есть какие-то конкретные замечания. Меня радует, что пока всем все нравится. Я доволен.

Голик: Что-то подсказывает мне, что дальше так и будет.

Plan Gobla интервью с Денисом Благушиным и Борисом Голиком

ТВОРЧЕСКИЕ ПЛАНЫ И АВТОРСКОЕ ПРАВО.

НА ЧЕМ ЗАРАБАТЫВАЕТ АРТИСТ В РОССИИ?

Piterzavtra: Есть ли планки, которые вы себе поставили?

Голик: Конечно, есть. Я хорошо знаю, чего хочу. Но в этом плане я суеверный человек: пока не случилось, лучше не говорить.

Благушин: Я абсолютно не суеверен в этом вопросе. Нет ничего страшного в том, чтобы рассказать о планах. Наоборот, когда ты сообщаешь миру о намерениях, ты не можешь не сделать. Поэтому я стараюсь делиться с людьми, хотя и говорят, что это не очень хорошо. Бывают, конечно, необъяснимые ситуации, но это не значит, что кто-то побежит в куклу вуду втыкать иголки, просто есть «плохой глаз», есть люди, которые могут сбить тебя с правильной дороги своей мыслью.

У меня есть проработанный план действий на ближайшее время, то есть не что-то в духе «я хочу стать звездой». Для начала допишем альбом так, чтобы песни получились хорошие, чтобы они висели в стриминговых сервисах, занимали там топовые позиции. Я не говорю про все песни, хотя бы часть. Это прямой показатель популярности артиста. «Не берут на радио» целый день провисела в топ-чарте 150 на ITunes. Мне кажется, для стартапа это неплохой показатель — находиться рядом с Лепсом, Гагариной, Биланом дорогого стоит в данной ситуации. Я хочу, чтобы и дальнейшие песни захаживали туда.

Это не меркантильность. У нас, к сожалению, на стриминге артисты еще не зарабатывают. Тратится гораздо больше, чем зарабатывается, это факт. Наши артисты зарабатывают деньги на концертах, корпоративах и прочей концертной деятельности. Зарабатывать, исключительно выпуская альбомы, не концертируя, у нас невозможно, пока будет легко скачать пиратские аудиозаписи. Песня на ITunes стоит 15 рублей. Что на сегодняшний день купишь на 15 рублей? Уже года четыре у меня вся музыка покупная, и я не считаю, что сильно потерял капитал на этом.

Мне не нравится слушать некачественные аудиозаписи в соцсети. Вводишь имя артиста, вылезает миллион аудиозаписей, среди которых сложно найти нормальную: либо находишь запись плохого качества, либо кавер. Тратишь нервы и время.

Голик: В общем, у нас нет желания разорять людей. Хотя у нас с Денисом тут опять полярные мнения. Как мы до сих пор не подрались? Мне все равно, где размещена моя музыка, главное, чтобы она нашла свой путь к слушателю.

Piterzavtra: Если вашу песню выложат в социальную сеть, вы будете настаивать на ее удалении?

Голик: Я даже пальцем не пошевелю. Хотя сам не выложу, конечно. Однако если это сделает кто-то другой, я послушаю с удовольствием, загружу на страницу. Почему нет?

Благушин: Я и не сомневался.

Piterzavtra: Для сегодняшнего артиста большое значение имеет ротация на радио?

Голик: Было и будет важно. Радио — это аудитория, а аудитория — это концерты, а концерты — это жизнь для артиста. Мы с Денисом в свою очередь постарались сделать все, чтобы песню «Не берут на радио» не взяли на радио (улыбается).

Благушин: Я думал, ты скажешь, чтобы взяли… Когда мы писали ее, самая популярная шутка была о том, что песня «Не берут на радио» заиграет на радио. В прошлый раз я говорил, что наша музыкальная жизнь должна быть противоречива, контрастна, должна вызывать перелом в сознании. По первым тактам рефлекторно можно предположить, о чем песня. Если играет что-то мелодичное, медленное, ты предполагаешь, что песня, о чем-то печальном, про несчастную любовь, а тут раз и про таракана. Этим пользуются сейчас все больше и больше исполнителей. Мне кажется, это хороший тренд.

Plan Gobla интервью с Денисом Благушиным и Борисом Голиком

ДЕТЯМ НРАВИТСЯ

Piterzavtra: Когда можно будет услышать песню про таракана? Мы ее ждем.

Благушин: Песня готова, просто тут моя «заслуга», что ее пока нигде нет. У меня есть тактика: сегодня выкладывать сразу много песен — это заведомо провальная идея, поэтому мне нужно было для начала хотя бы на одной композиции понять, есть ли отдача. Отдача есть, поэтому мы будем регулярно, с периодичностью раз в несколько месяцев появляться.

Piterzavtra: А на концерт когда пойдем?

Благушин: Это зависит от отклика. Я считаю, что мы давно не в том творческом состоянии, не в том возрасте, не в том статусе для того, чтобы устраивать выступления для нескольких друзей. Раньше мы делали выступления, на которые приходили исключительно наши друзья, мы смеялись, играли, что хотели. Мы много вложили в новые песни, не хотелось бы скатываться до уровня полуподвальных выступлений. Как только мы поймем, что у нас есть «армия поклонников», которые готовы прийти на концерт, он тут же образуется.
Своими силами уже ничего организовывать не хочется и неинтересно.

Организаторам важно знать, что у исполнителя есть круг поклонников, которые хотят его услышать. В принципе некоторые коллективы, не выступая, производят контент (аудио, видео) и живут интернет-жизнью. Мы пока еще способны выступать. Меня часто спрашивают про концерт: Екатеринбург, Санкт-Петербург, Саратов — все из разных городов, страна большая. Было бы круто всех собрать воедино. Все, что от нас требуется, мы делаем: работаем, записываем, снимаем. Надеюсь, что все сложится наилучшим образом.

Голик: А вы, друзья, не спите, интересуйтесь! Нам важен фидбэк. Здесь, в студии, ты немного оторван от реальности, не знаешь, как дела во внешнем мире. От вашего интереса напрямую зависит, когда же вы попадете к нам на концерт.

Piterzavtra: Как вы видите свою целевую аудиторию?

Благушин: Я пытался этот вопрос уложить в голове. Например, мне написала молодая мама (я не знаю эту девушку), что ее сын 5–6 лет бегает уже полтора часа и поет «Не берут на радио». Аудитория понятна: детям нравится (улыбается). Моим племяннице и племяннику тоже нравится песня. Молодежь 16–25 лет сейчас очень четко чувствует музыку, разбирается в стилях. У нас каждый трэк разнохарактерный, нет определенного стиля: медленная мелодия, рэп, музыка 80-х. Все абсолютно разнопланово.

Голик: Мы со временем поймем, что у нас за аудитория.

Благушин: Моя бабушка все трэки, которые были на тот момент записаны, послушала внимательно. Ей понравилось. Я спросил: не режет слух по тексту, по музыке? Она говорит: «Нет, сделано с юмором». Наша музыка для тех, у кого все нормально с чувством юмора, для тех, кто готов воспринимать новое. Мы прилагаем максимум усилий, чтобы наша музыка была легкой для восприятия, мелодичной, и в рамках, и вне.



Беседовала Ксения БОРИСОВА (the_ksenya)

Источник: http://piterzavtra.ru/intervyu-plan-gobla/

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *